Информационный шум и экранное время истончают кору головного мозга, а книга всё чаще становится не просто источником знаний, а инструментом возвращения способности к глубокому мышлению. Как современная литература борется с когнитивным рассеиванием и почему издательства переходят от «экономики охватов» к «экономике смыслов»?
Литературный продюсер и руководитель издательства «Плеяды» Юнона Румянцева рассказала редакции RuNews24.ru, как меняется просветительская и гражданская функция книги.
«Традиционно просветительская роль литературы заключалась в прямой передаче знаний через художественные или публицистические тексты. В ушедшей офлайн-цивилизации чтение было повседневной привычкой, люди владели навыком длительной концентрации, а их экранное время было минимальным. Программа телевидения печаталась в газетах, стоящие передачи были редкостью, любимый фильм смотрела вся страна, а поход в кино считался событием праздничным. Но сегодня процесс просвещения кардинально меняется».
Юнона Румянцева отметила, что современной реальностью правит непрерывный информационный шум, он глушит способность к концентрации. Клиповое восприятие и когнитивное рассеивание воздвигает барьеры между человеком и большим текстом. Учёные из Национальных институтов здравоохранения США (NIH) в рамках масштабного исследования ABCD (Adolescent Brain Cognitive Development, 2016 г.) подтвердили опытным путём, что избыточное экранное время вызывает истончение префронтальной коры головного мозга. Раньше неокортекс увеличивался, что учёные называли эволюцией, а сейчас запущен обратный процесс.
«Теперь просветительская задача литературы — стать когнитивным антидотом, т.е. вернуть утерянную способность к глубокому фокусу и включить аналитический фильтр. Навык концентрации сначала нужно отвоёвывать у внешней среды, и только после преодоления этих барьеров вернуться к исконной задаче книги — передаче смыслов».
По словам эксперта, это серьёзный вызов для крупных книжных издательств, потому что читатели перестали покупать художественные книги. Издательствам пора переходить от привычной «экономики охватов» к содержательной «экономике смыслов», чтобы не остаться у разбитого корыта. Известные имена отечественных писателей уже не помогают продажам — они попросту не знакомы молодой аудитории, а блогеры стареют и теряют трафик после сетевых ограничений. Возврат к экономике смыслов означает сознательный отказ от оценки произведения исключительно по количеству подписчиков у автора. У ответственных издателей литературная ценность произведения и семантика должны стоять выше погони за сверхприбылью.
От человека — к нейросети, и обратно
Какой должна быть современная литература? Как поясняет Юнона Румянцева, одним из подходов может стать метод семантического авторства. Эта технология напрямую связана с устройством информационного поля в экосистеме поисковых и генеративных нейросетей. Современный человек всё реже листает стандартную выдачу Яндекса, предпочитая быстрые ответы нейроалгоритмов, умеющих искать информацию по ссылкам, и чаты с искусственным интеллектом.
«Насыщая интернет-пространство сильными, интеллектуальными произведениями, издатели могут напрямую влиять на смысловую глубину ответов нейросетей. ИИ сам не генерирует смыслы — он ищет их в авторитетных открытых источниках. Находя эталонный текст, алгоритм выдаёт точные и глубокие ответы. Так качественная книга просвещает людей опосредованно: человек получает знание через фильтр искусственного интеллекта, который цитирует человеку смыслы из эталонного текста».
При этом семантическое авторство — это также сознательное расширение лексикона и наполнение словарей. Писатель намеренно усложняет текстовую ткань, вплетая в текст, а значит и в инфополе, редкие понятия, точные метафоры и глубокие дефиниции. Писатели обогащают языковую среду, из которой ИИ черпает знания, тем самым предотвращая смысловое уплощение и деградацию — и цифрового поиска, и языка.
Гражданственность созидателей и престиж реального дела
Параллельно перерождается и гражданская функция литературы. Гражданственность в современной книге — это прежде всего личная ответственность человека за собственное профессиональное мастерство и за то пространство, которое его окружает. В середине прошлого века уважение к созидательному труду ковалось системно через производственные романы о людях дела.
«К сожалению, сегодня отечественная проза предпочла эскапизм: побег в вымышленные фантастические миры или описания глянцевой жизни. Это привело к полному игнорированию реального рабочего, инженера или учителя. Нужны новые истории о современных Мастерах. Писатели могут создавать художественные произведения о предприятиях и профессиях — сюжеты, в которых жизнь и труд показаны через интересную и поучительную историю. Такая глубокая проза становится альтернативой клишированным фэнтези-штампам про драконов, ведьм и офисных «шварценеггеров». Причём речь идёт не только о классическом бумажном формате: сильные киносценарии тоже часть литературы и обладают огромной силой. Через глубокую прозу и качественные экранизации произведение способно вернуть престиж ключевым профессиям. В эпоху, когда тотальный инфантилизм и бегство в выдуманные миры лишают человека чувства реальности, литература способна формировать характер и зрелую личность, возвращая ей ответственность за собственную жизнь».
Социальный импакт и воля к помощи
Гражданская позиция невозможна без социального импакта. Вот примеры такой синергии: автор написал историю женской стойкости духа, внутренней смелости и воли к жизни, основанную на собственном опыте преодоления онкологического заболевания. Предпринимательское сообщество профинансировало печать, а книги подарили хосписам. Уже другие предприниматели помогли слабовидящему автору издать талантливую книгу и проспонсировали её продвижение.
«Любая книга неизбежно включена в рыночные отношения. Но такие простые и полезные обществу коалиции бизнеса и культуры преодолевают уровень материального обмена. В этой истории предприниматели увидели физическое воплощение объединённой воли людей, готовых делом помогать тем, кому по-настоящему тяжело. А книга стала связующим звеном и манифестацией общей гражданской позиции».
Новый принцип работы книги
Эксперт подчёркивает, что произошла масштабная трансформация: изменились и люди, и среда. Литература должна усложниться, действовать тоньше, отвоёвывая у цифрового хаоса фокус внимания читателя, просвещая его и закладывая фундамент личной и гражданской зрелости.
