С 17-ого июня 1998 года прошло уже двадцать восемь лет, но для Махнуги Зыятдиновой, жительницы села Лашманки, этот день до сих пор стоит перед глазами — словно кадры из фильма, со всеми мельчайшими подробностями.
За четверть века наша землячка проводила в последний путь семерых близких людей, а день, когда потеряла двухлетнего внука Риназа, помнит так, будто это случилось вчера.
«Вороны предвещают беду…»
-Старшие всегда так говорили. И, видно, правда, — начала свой рассказ Махнуга Минзакиевна. — В тот день мы с невесткой Гулией работали в поле на свекле. Вдруг над полем поднялись три ворона и с криком полетели прямо на нас. На душе стало тревожно, я не стала ждать вечера и ушла домой. Гулия осталась в поле.
По дороге она забрала из детского сада внука Риназа. Двухлетний малыш был так рад. Но никто не знал, чем обернется этот день.
«Пятнадцать минут — и вечная разлука»
- Я оставила Риназа с дедом Равхатом, а сама пошла в сарай доить корову. Не прошло и пятнадцати минут, как дед принёс ребёнка на руках — одежда была в водорослях. Я остолбенела, а он сказал: «Риназ умер». В одно мгновение в голове пронеслось все, — вспоминала тот день бабушка.
Риназ был очень смышленым, уже хорошо говорил. На улице он с друзьями забежал в соседний дом. Дед пошел следом, мальчишки вышли, а Риназа нет. Заглянув в колодец, Равхат абый увидел его. Он спустился в четырнадцатиметровую глубину без веревки, поднял мальчика — но было уже поздно… Сам он потом не мог понять, как туда спустился и как выбрался.
Самое тяжкое испытание для родителей
- Те дни, муки отца и матери, наши страдания невозможно передать словами. Риназ оставил в наших сердцах незаживающую рану, — сказала Махнуга эби, сдерживая слезы. — Ровно через десять лет, семнадцатого июня 2008 года, наш внук забрал к себе своего отца, моего сына Асхата. А ещё через пять лет — деда.
На целую книгу хватило бы
Если описать на бумаге все, что пережила Махнуга эби, которой в августе исполнится восемьдесят один год, получилась бы целая книга. С мужем Равхатом они прожили сорок пять лет, вырастили двоих сыновей и дочь. Сегодня в живых только дочь, она живёт в Набережных Челнах, а наша героиня коротает дни одна. Хорошо, что есть социальный работник. Соседка Сирина Абдуллина уже одиннадцать лет помогает ей по дому. Когда мы приехали, они как раз собирались сажать помидоры.
-Сирина для меня как родная дочь, с ней я делю и радость, и горе, — отметила Махнуга эби.
«Когда наступает весна, я смотрю на ворота»
Когда становится особенно тоскливо, она пишет стихи. Одно из них прочитала и нам.
Горе не ходит в одиночку
В 1988 году Махнуга апа и Равхат абый потеряли старшего сына Абузара. Вернувшись со службы в Чернобыле, парень так и не оправился — два с половиной года пролежал в постели и ушел из жизни. В 1991-м умерла мать, в 1997-м — отец. А через год трагическая гибель Риназа лишила дом света. Беды не проходят бесследно — Асхат тяжело заболел раком. Вылечиться так и не удалось, Зыятдиновы похоронили и второго сына. Не прошло и года, умерла свекровь, с которым прожили 42 года. Горе не ходит в одиночку — после смерти матери и Равхат абый прожил всего четыре года: рак забрал и его.
«С невесткой мы не теряем связь»
Вот так в большом доме Махнуга эби осталась совсем одна.
-Несмотря на все испытания, мы с невесткой поддерживаем друг друга, перезваниваемся, — говорит она. — Для меня это огромная опора.
Фото Марата Гумерова
